?

Log in

No account? Create an account

transurfer


Травма - это не судьба, а эпизод биографии


Выношу по просьбе в отдельный пост с небольшими дополнениями
transurfer
Мой ответ на вот этот комментарий (из этой большой ветки):

Заниматься их проблемами — это давать деньги на терапию, выслушивать, еще как-то реально помогать. Просто понять, что вот они так поступали, не потому что плохие, а потому что не могли по-другому, и заняться своими травмами, не общаясь с ними, — то, что помогает не иметь картинку мира, где все люди, которые поступают плохо, кроме меня, — плохие люди и могли поступить по-другому. Никто не говорит сидеть рядом с токсичными людьми всю жизнь и даже помогать им. Просто не понимать их причины — что это неправда и жестокость как по отношению к себе, так и по отношению к другим.


Помогать родителям в рамках сыновьего/дочернего долга - да, нужно. Если родители немощные, то еду покупать, помогать платить за квартиру, за необходимые медицинские расходы. То есть, оказывать посильную помощь в их выживании и поддержании приемлемого образа жизни, но не "кормить их собой". Думаю, все тут более-менее понимают разницу между помогать и отдавать себя на съедение.

По поводу мета-позиции, родительской позиции, христианской позиции в отношении токсичных родителей у меня мнение такое. Заниматься этим следует не раньше, чем травма полностью проработана. То есть, созданы внутренние опоры, выращен внутренний Хороший Родитель, вылечен и накормлен любовью внутренний ребенок, вычищены токсичные установки и древние кривые защиты, человек научился опираться на себя, заботиться о себе, полностью психологически сепарировался от родителей. Тогда с позиции взрослого, самостоятельного и психологически независимого человека можно решать, как организовывать свои отношения с родителями вне продолжения игры "я еще попрыгаю/поживу по маминому сценарию/покормлю собой, чтобы мама меня, наконец, полюбила, начала вести себя как Настоящая Взрослая Заботливая Мама и исцелила мои раны". И решения могут быть разные. Кто-то почувствует, что как один житель планеты Земля, понимающий все трудности человеческой жизни, он может простить другого жителя планеты Земля за то, что он не справился с родительством вследствие своих ограничений. Кто-то может принять решение не прощать. Кто-то может почувствовать, что готов смотреть на родителей как на стареньких и неразумных малых детей, и продолжать общаться с ними на понятном им детском уровне, не ожидая от них взрослости. Кто-то может принять решение прекратить все общение, кроме необходимого.

[дальше]Но все это должно делаться не раньше, чем человек исцелился от всего того, что с ним сделали родители в свое время. Иначе это будет просто продолжение стокгольмского синдрома и насилия над собой, когда собственный опыт игнорируется в пользу того, чтобы продолжать сохранять образ хороших родителей (в основном, для самих же родителей и отношений с ними). Пока идет процесс исцеления, в центре внимания должна быть собственная история глазами своего раненого ребенка. Во время этого процесса нужно находиться на позиции адвоката своего раненого ребенка и жизни его глазами и через его опыт.

С точки зрения этой истории, не важно, был ли водитель за рулем грузовика, который ему переехал ноги и сделал инвалидом, пьян, болен, слеп или несчастен по жизни, потому что главное о водителе - он был агрессором и нанес повреждения, которые определили всю дальнейшую жизнь пострадавшего. Не важно, по каким причинам родители травмируют своих детей. Для ребенка, который нуждается в их поддержке, которому некуда больше идти и негде ждать помощи, у которого нет знаний, ресурса и опор защитить себя от токсичности родителей, бессердечность родителей в отношении него - это жестокое обращение. Дети находятся в изначально невыгодной позиции, потому что дисбаланс сил и власти не в их пользу. Жестокое, эгоистичное, слепое, уничтожающее отношение к детям - это и есть истинная жестокость. Такова была реальность ребенка в детстве, независимо от причин, которые заставили взрослых людей так себя вести. Для того, чтобы своего внутреннего ребенка исцелить, надо прежде всего признать его историю и его опыт, а потом уже решать для себя, как относиться к тем, кто ему нанес травмы, оправдывать ли их или нет.

К слову, насчет "не могли" можно говорить только в том случае, если родители точно также вели себя в отношении тех, кто сильнее их и от кого будет обратка - начальников, представителей власти, братков и тп. И тех, чье мнение для них важно - соседей, коллег, Марьи Алексеевны и тп. Если бы они точно также в отношении этих людей быковали, рукоприкладствовали, оскорбляли, морили их голодом, грабили, унижали - тогда да, реально не могли вести себя по-другому, потому что психически больны (но такие люди на свободе обычно долго не остаются). Но мы же знаем, что в подавляющем большинстве случаев могли, еще как могли. Значит, понимали, что делают, и каждый раз делали выбор, как и с кем себя вести. И выбрали вести себя вот так со своими детьми, а не иначе.

Я добавлю, что на период работы над исцелением лучше всего вообще не заводить с родителями разговоры на тему своей травмы и опыта детства, не пытаться предъявить им свою историю, убедить взять ответственность или пытаться им отомстить. Во-первых, вы ничего не добъетесь. Во-вторых, вы себя ретравматизируете и устроите себе откаты в терапии. В-третьих, как я выше написала, сначала исцеление, а потом уже решать, что вы будете делать в отношениях с родителями. Просто несите все свои чувства на терапию. Как моя тер говорит, всегда надо действовать не на пике эмоции, а тогда, когда она завершилась волной, после чего наступила ясность по поводу следующих шагов.

Делимся опытом
transurfer

У меня немного сумбурное письмо получится, потому что состояние такое же.

Это мой второй опыт терапии. Хожу почти год к одной и той же терапевтке, регулярно, но не часто - 1 раз в две недели (чаще не могу себе позволить). Были периоды, когда ходила 1 раз в неделю, но это было даже менее регулярно, чем сейчас, так как терапевтка постоянно уходила то на учебу, то на курсы недели на три - месяц. После моих комментариев о том, как нерегулярность терапии мне тяжело дается, она перестала уходить в отпуск так надолго. По ощущениям - мне стало значительно легче, но все равно кажется, что ничего не меняется и прогресса нет никакого. Есть дельные мысли от терапевтки, но для года терапии, пусть и нерегулярной время от времени, эффекта маловато, как я думаю. Боюсь искать новую терапевтку, вдруг она будет еще хуже. Боюсь остаться вообще без поддержки. Не знаю, что и делать. Терапевтке говорила, что не вижу прогресса. Но качественно ничего не изменилось. Не знаю, может, проблема во мне? Было пару очень триггерных моментов, когда мне показалось, что я ушла в ретравму с ней. Несколько раз меня очень задевали ее слова. Пишу это и злюсь.

Сам вопрос: как понять, продолжать ли терапию? Подходит ли терапевтка? Как понять разницу между возможным внутренним саботажем изменений и недостаточностью компетентности и опыта терапевтки в конкретно моем случае? Я думаю, стоит вынести вопрос на терапию еще раз, но боюсь, что мы с терапевткой снова ни к чему не придем.


Комментаторы, отвечая анонимно, подписывайтесь каким-нибудь псевдонимом, чтобы в ветках с множественными анонимными комментариями собеседники видели, с кем они говорят.
Авторы постов, отвечая анонимно, пожалуйста, обозначайте себя как топикстартера/автора вопроса.

Прислать свою ситуацию для обсуждения можно тут