(я не психолог) (transurfer) wrote,
(я не психолог)
transurfer

Categories:
Помимо возможности индуцироваться демонами, книга Калшеда еще дает хороший обзор всех психлогов, кто так или иначе занимался изучением упомянутого демонического механизма самосохранения. Напомню, что речь идет о механизме психологической защиты, который включается при ранней травме, произошедшей в довербальный период, до того, как "Я" человека успело сформироваться. Механизм этот обладает двойственной природой: с одной стороны, он защищает раненые части человека, позволяя им, так сказать, "остатья в живых", с другой стороны, он проделывает это путем изоляции этих частей от всего остального, блокирует к ним доступ, блокирует этим частям доступ к реальному миру. Являясь по своей функции защитником, внутри системы он ведет себя как жестокий террорист, подвергая раненые части преследованию за их попытки интегрироваться с остальными частями, а также за их попытки как-то выбраться наружу, удовлетворить свои потребности и желания.

Я цитирую кусок, который относится к анализу работы Эстес о внутренней дикой женщине.
Цитирую, потому что мнение Калшеда во многом описывает мои ощущения от этой книги - шаманские пляски и много пафоса, сдобренного мексиканскими специями. Вошли в контакт с силой, побесились, повыли на луну - а дальше-то что? Ну нарисовать ее, в рамочку на стену повесить и радоваться, что она есть. Там, муж наорал, на работе начальник наорал, денег нет, дети балбесы, зато можно засыпать с улыбкой на лице - а зато, за зато у меня внутри дикая женщина, ууух! Да и только.

Кроме того, я не спец, но я как-то очень против демонизации чего бы то ни было внутри себя. Любое, даже саме мерзкое явление, имеет в своей основе какой-то понятный, простой и вполне положительный импульс - поиск безопасности, поиск любви, поиск поддержки. Иначе человек начинает искать способ экзоцизма "нехорошего" или способ его ампутации, вместо того, чтобы его отмыть, посмотреть ему в глаза и пристроить его к делу (привести в осознанное состояние, понять, чего ему надо, дать ему эволюционировать и пристроить его на новую работу). В психике, по-моему, вообще ничего нельзя ампутировать, оторвать и выбросить или стереть без следа.

Калшед про Эстес:
Кларисса Пинкола Эстэс и "прирожденный хищник"
В другой книге-бестселлере Пинкола Эстэс (Pinkola Estes, 1992) добавила свой голос к тем, кто задался целью описать дьявольские негативные "силы" психики и помочь нам справиться с ними. Что касается Пинколы Эстес, то она считает, что наш амбивалентный Защитник/Преследователь не является кем-то "помогающим", обладающим творческой энергией, так как — по крайней мере, для женщин — он представляет прирожденный contra naturam* аспект, противостоящий позитивному развитию, гармонии и "противящийся дикой природе (wild)" (там же: 40 [47**]). Под последним автор, по-видимому, понимает "тягу к дикому, которая жаждет, чтобы нашу жизнь определяла душа [а не наше эго]" (там же: 270 [267]). В отношении фактора contra naturam Пинкола Эстэс показывает, каким образом эго пациента должно, н[абравшись храбрости, назвать эту фигуру, встретиться с; ней лицом к лицу и научиться говорить ей "нет".
* Против природы (лат.)
**В квадратных скобках указаны стр. [русского издания: Кларисса Пинкола Эстес. Бегущая с волками: женский архетип в мифах и сказаниях. К.: София, 2000.
Согласно Пинколе Эстэс, наш "прирожденный хищник" не связан с травмой или "отвергающим воспитанием", он является зловредной силой, которая просто "есть то, что она есть" (там же: 46 [53]).
Это насмешливый и жестокий противник, он рождается вместе с нами, и даже при наилучшем родительском воспитании единственная цель этого Захватчика — постараться превратить все перекрестки! в тупики.
Этот хищный властелин раз за разом возникает в женских снах. Он нарушает наши самые заветные и выношенные планы. Он отрывает женщину от ее интуитивной природы. Когда его разрушительная работа закончена, женщина ощущает, что ее чувства омертвели и у нее недостает сил справиться с жизнью. Ее мысли и сны безжизненно лежат у ее ног.

(там же. 40[47—48])
Это злокачественное образование, "враг обоих полов от древности до наших дней", действует "наперекор инстинктам естественной Самости" (там! же: 46 [53]). Одним из таких "инстинктов естественной Самости", на самом деле, центральным таким инстинктом является то, что Пинкола Эстэс назвала "диким стремлением внутри нас", стремлением эго к душе и, в конечном счете, к духу (который, как она подчеркивает, в сказках всегда рождается из души) (там же:271[268—269]).
Итак, в конце концов, "прирожденный хищник" противостоит в психике наиболее глубокому стремлению к новой жизни — тому, что Пинкола Эстэс назвала "духом-ребенком" (что мы обозначили как неуязвимый личностный дух индивида).
Это духовное дитя — la nina milagrosa*, чудо-дитя, обладающее способностью слышать зов, слышать далекий голос, который говорит: "Пора возвращаться, возвращаться к себе". Это дитя — часть нашей сокровенной природы, которая побуждает нас к действию, поскольку умеет услышать зов сразу, как только он раздастся. Именно это дитя, пробуждающееся ото сна, встающее с постели, выскакивающее из дома в бурную ночь, скатывающееся с обрыва к бурному морю, заставляет нас сказать: "Бог свидетель, я пойду до конца" или "Я выстою", или "Никто не заставит меня отступить", или "Я сделаю все возможное, чтобы продолжать путь".

(там же: 273 [270])
* Чудесный ребенок (исп.)
Здесь Пинкола Эстес приводит прекрасное описание неуязвимого личностного духа, которого мы назвали "клиентом" фигуры Самости — Защитника/Преследователя Самости. Несмотря на всю красоту и глубину слов Пинко-лы Эстес, ей не удалось увидеть "двойственную" природу этой злокачественной внутренней фигуры, она отрицает связь этой фигуры с травмой или "отвергающим воспитанием", предпочитая рассматривать эту фигуру просто как некое существо, обитающее в психике, которое "есть то, что оно есть". Несмотря на то, что она отдает должное базовым качествам деструктивности и негативизма этой фигуры, Пинкола Эстэс отрицает связь этой фигуры с превратностями индивидуального развития: игнорирует факты, обнаруженные клиническими исследователями, закрывая тем самым терапевтические перспективы.
Один из наиболее проблематичных аспектов точки зрения Пиколы Эстэс состоит в том, что ее взгляды могут внести лепту в мистификацию и овеществление архетипической реальности, как не имеющих непосредственной связанности с объектными отношениями эго и внешним окружением. Далеко не все в психике "есть то, что оно есть". Образы меняются — и меняются радикально — в соответствии с факторами окружающей среды, терапии и т. д.
Tags: цитаты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments