(я не психолог) (transurfer) wrote,
(я не психолог)
transurfer

Заморозка несконтейнированных детских травм – основа любой травли и дедовщины

Интересная статья. Мне понравилось, как автор разложила по полочкам процесс формирования непристроенных эмоций и последствий их непристроенности. Я не согласна с ее выводами, что прощение - это единственный способ остановить занесенную для удара руку. Есть и другие способы торможения своих импульсов, в частности - осознанность.

Цитирую выдержки из статьи, которые мне больше всего понравились (жирным выделено тоже мной):

Личность вырастает через копирование среды, через то, как человека отражает окружающий мир, в том числе и через «что ты за идиот, руки не из того места», «какое же ты ленивое ничтожество, собирайся быстрее», через «какой же ты придурок как твой папаша».

Мозг обучается автоматически, матрицы критического мышления вырастут потом, когда лобные доли дозреют, а пока все воспринимается без фильтра – и Дед Мороз, и «ты ничтожество», и «посмотри до чего мать довел». Так уж устроено, что знание о мире и о себе ребенок безоценочно получает от человека, с которым у него сформирована связь.

***

У новорожденного с контейнированием все плохо (но так и должно быть – этот навык растет "снаружи мамы", в контакте со средой) – у него все импульсы тут же выражаются в поведении, а дальше – вся жизнь тренировка. Вот только условия тренировки у всех разные.

Значимый взрослый около ребенка это и есть его контейнер – «складывать беды в маму» это означает дать своему еще маленькому контейнеру нормально развиваться, не забивая его под завязку. Ребенок может сильно расплакаться от ерундовой царапины и прибежать к маме на колени – чтобы в ее контейнер сложить свои важные для него переживания, сам он пока не может терпеть как взрослый, не может не отреагировать «ну что ты плачешь как маленький».

Именно поэтому взрослому часто кажутся детские переживания ерундой, хотя не кажется странным, что ребенку не под силу поднять то, что может легко взять в руки взрослый.

Ребенок складывает сложности во взрослого. Если, конечно, у взрослого есть куда складывать… «Сам виноват, куда залез», «так тебе и надо, будешь соображать лучше» или мамы просто рядом нет. Никого рядом нет.

И тогда боль замораживается. И она будет как партизан в окопе ждать своего часа – война закончилась, а она вдруг появляется из ниоткуда с гранатой и криком «умрите все». Часто это происходит неожиданного для самого человека. Масса исследований говорят о высокой корреляции приступов гнева и непростого детства.

Контейнер заполнен травмами словно морозильник? Тогда ежедневным фрустрациям просто некуда поместиться и в поведении мы наблюдаем человека, который готов сжечь до тла с персоналом заживо кафе, где официант был недостаточно вежлив – ему мало того что некуда сложить обиду, так попавший камешек еще активизирует все накопленное за время жизни и РЕАЛЬНОЕ субъективное переживание боли от грубого слова такое, будто с человеком совершили что-то ну очень страшное. Отсюда такая несимметричность реакции.

Переводя на язык нейробиологии – так срослись нейронные цепи. Человек потом может жалеть и раскаиваться, но это никак не предотвращает подобные реакции в будущем.

В тоталитарных государствах ранняя разлука с родителями как будто бы часть политики воспитания (посмотрите, как в той же Северной Корее устроена система воспитания детей). В СССР в три месяца женщина должна была выйти на работу, отдав ребенка в ясли.

В больницах (читай – с ослабленным собственным ресурсом) с очень ранних лет – без матери. Такая система калечит не только ребенка, но и родителя, убивая на корню хотя бы даже биологическую привязанность к потомству.

Родителя физически и/или эмоционально (контейнер закрыт для ребенка) нет рядом, и все тягости реальности ребенок вынужден куда-то девать. Или соматизировать (все в болезни тела), или замораживать до иных времен.

Заморозка несконтейнированных детских травм – основа любой травли и дедовщины. Девиантного детского поведения. Проблем с усыновленными детьми, о которых предупреждают в школе приемных родителей.

Старшеклассники издеваются над младшими, как когда-то издевались над ними. Педофилы чаще всего сами становились жертвами насилия. Самый злой начальник на работе обычно тот, кто дополз по карьерной лестнице с самого низа и «всем все помнит».

Армия. Тюрьма. Казалось бы, зачем ты делаешь то, что делали с тобой, если знаешь, КАК ЭТО БОЛЬНО? Потому что тебе (твоим нейронным цепочкам) кажется, что есть шанс наконец-то выместить замороженную боль. На того, кто слабее, и потому будет ВЫНУЖДЕН принять её – дети, старики, инвалиды, психически больные, животные…

Это искушение супермаркета без охраны – вот сейчас можно все и ничего тебе за это не будет. Но это лишь иллюзия. Иллюзия временного облегчения. Псевдооргазм.

И так же поступают травмированные дети, когда сами становятся родителями – появившееся зависимое существо открывает портал в ад: кажется, что слова сами приходят на ум «а я говорила не лезь, а как ты хотел», «я тебя в детский дом сдам, сволочь», «не треугольник тупой, а ты тупой». Ребенок фактом своего существование делает запрос на ресурс, а его нет. Есть только травмы и обиды.

***

В обществе, где легализовано токсичное отношение к детям, такое общение с ребенком не вызывает вопросов у окружающих – все так жили и живут. Это дает финальную индульгенцию на насилие в своей семье, по отношению к своим детям.

И тогда почти нет шанса появиться этим 200 миллисекундам свободы торможения, чтобы остановить руку от подзатыльника, а язык от «зачем я тебя только родила, тварь». Нет ни ресурса, ни времени, ни стимула остановить патологические, но уже ставшие слишком традиционными способы коммуникации с ребенком.

Человек катится по своей колее нейронных цепей, теряя то, что можно назвать свободой воли.

***

Полный контейнер травм еще и всегда предсказуемая штука для манипуляций. Например, манипулирующий родитель легко может вывести из себя уже взрослого ребенка, вызвав ярость, обиду, раздражение одной лишь фразой вроде «А что, когда внуки то будут, мать уж помрет скоро, не дождешься тебя, все только о себе. Да что ты психуешь как всегда, что я такого сказала. Ой, ты с детства психованная».

Много потребуется времени на тренировку торможения, которое будет выглядеть как спокойная фраза «Мам, ты еще сама молодая красавица, давай мне скорее сестричку или братика, хочу нянчиться!» или более смелое «Мам, я понимаю твои тревоги, но сейчас у меня другие планы на мое тело и мое время».

И если по каким-либо причинам в обществе концентрируется большое количество людей, желающих отреагировать свою травму – дальше дело техники показать им на кого можно напасть. Более того, они будут обожать человека, который дал им это разрешение, он кажется им освободителем из персонального ада.

И это, может быть, как на семейном уровне (какое разочарование испытывает брат от прощения отца в истории про блудного сына – а кто теперь плохой, чтобы я был лучше?), на уровне отдельной группы (о, прекрасный фильм «Чучело»), так и на общемировом (грязная нация, отсталое население и прочее «они же не люди давайте их больно бить» - яркий пример мировая эпидемия фэтфобии с пожеланиями сдохнуть всем «с лишним весом» от инфаркта/рака/разрыва желудка).


Целиком - по ссылке.
Tags: обсуждаем, ссылки, статьи
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments